Урванцев
Поиск
Выбрать язык
Анонс статей

Записи с меткой ‘Урванцев’

postheadericon Первый дом Норильска. Лариса Коробенина.

Время чтения статьи, примерно 3 мин.

1Одним из самых ценных и, безусловно, самым крупным экспонатом межмузейного проекта «Освоение Севера. Тысяча лет успеха», стартовавшего по инициативе компании «Норникель» в этом году, является первый дом Норильска. Ныне это филиал городского музея.

Ситуация весьма не обычная — редко, даже в молодых городах, можно увидеть сохранившуюся в первозданном виде первую постройку. В этом смысле норильчане, хоть и слегка иронизируя, сравнивают себя с петербуржцами: в северной столице тоже сохранился первый дом, «откуда есть пошел» город. И дом этот, кстати, тоже деревянный. И тоже музей. Дом был возведен участниками очередной геологоразведочной экспедиции Николая Урванцева в Норильской долине в августе 1921 года на участке между устьями ручьев Медвежьего и Угольного, примерно в полукилометре от горы Рудной. Строительство дома Урванцев описал в своей книге «Открытие Норильска». «Ориентировать наш первый дом надо так, чтобы он вписывался в планировку будущего строительства: длинной стороной по широте, а короткой — по меридиану… Размеры дома надо увязать с длиной заготовленных бревен так, чтобы получить максимальную экономию материала. Длинную его сторону сделаем из двух бревен, а короткую — из одного. Тогда его площадь будет 16 х 8 аршин (65 м2). К дому непременно надо пристроить глухие холодные сени, как это делается повсюду на Севере. Там при каждом доме есть обширный крытый двор, где хранится всякое хозяйственное имущество: дрова, лед для воды, про довольствие — все, что необходимо для жизни на случай длительной пурги, когда невозможно выйти на улицу иногда по нескольку суток… Входная дверь на улицу при этом непременно должна открываться внутрь, а не наружу, чтобы в случае пурги с необычной стороны ее можно было открыть, отгрести снег и выйти на улицу…

2Существенное значение при строительстве в наших условиях будет иметь правильная кладка русских печей для хлебопечения и варки пищи. Ставить их прямо на грунт нельзя. Мерзлота от тепла печи будет таять, оседать, по кривятся и потрескаются печь и дымоход. Поэтому на севере печи кладут не на грунт, а на сруб, заполненный галькой и песком.

До середины 1970-х дом был жилым, имел почтовый адрес 

…Отопляться будем углем. Дрова пойдут только в русскую печь для печения хлеба». На первую зимовку остались четверо горнорабочих, начальник горных работ, завхоз, фельдшер и начальник экспедиции Урванцев. В 1923 году он с супругой Елизаветой Ивановной воз вращается в Норильск со следующей экспедицией, продолжившейся полтора года. С середины 1930-х годов вплоть до середины 1970-х дом был жилым, имел почтовый адрес: Норильск, улица Горная, дом № 23. Вот так, благодаря журналистам и очевидцам — «свидетелям времени» — возникла и была реализована идея придать дому в буквальном смысле первозданный вид. В 1976 году геологи, шефствовавшие над музеем, и сотрудники музея сделали интерьер дома практически таким, каким он был в первые годы своего существования и каким его описывал сам Урванцев.

3Торжественное открытие «Первого дома Норильска» состоялось 28 апреля 1978 года. В том же году он стал филиалом музея. В 1990 году комплекс стал разрушаться: вследствие растепления грунта началась деформация несущих и ограждающих конструкций. В 1993 году дом перенесли в центр города и установили рядом с Музеем истории освоения и развития Норильского промышленного района. Тогда же, к 100-летию со дня рождения Николая Урванцева, в доме открыли экспозицию — быт геологической экспедиции 1923-1924 годов. К концу 1990-х годов растепление грунта уничтожило здание Музея истории НПР.

4Музей сменил прописку с нечетной стороны в конце Ленинского проспекта на четную. Вместе с музеем переехал и его крупнейший экспонат. Кстати, хорошо бы присвоить дому первый номер в городской нумерации — хотя бы символически. Исторической правды ради. Ведь в Норильске умеют помнить — и коллекция городского музея: убедительное тому доказательство.

Автор – заведующая отделом научной информации Музея Норильска для журнала “Дилетант” (2017 год)

postheadericon От избы Потанина… Страницы Норильской истории в фотографиях. Часть 1.

Время чтения статьи, примерно 5 мин.

 СТРАНИЦЫ НОРИЛЬСКОЙ ИСТОРИИ В ФОТОГРАФИЯХ [Из фондов музея истории освоения и развития НПР]

Время стирает из памяти имена и события. Почти 80 лет назад геолог Николай Урванцев, одновременно – фотограф-любитель, снял на пленку полуразвалившуюся избушку на месте будущего Норильска. И вот сегодня перед нами – панорама с палатками экспедиций и первой постройкой, возведенной дудинским промышленником Потаниным. Точно так лишь на фотографиях 20-х годов сохранился заявочный знак-столб на право производства разведок каменного угля на казенно-свободных землях в Туруханском крае, поставленный Александром Сотниковым, жителем Дудинки, однокашником Н. Урванцева, в 1915 году. Разобранную на баньку избушку Потанина не принято считать точкой отсчета Норильска. Первым официально именуется домик, возведенный участниками геологоразведочной экспедиции Н.Н. Урванцева в 1921-м. Самый любимый горожанами памятник многократно запечатлен мстерами и любителями в разные периоды своего существования: от первых осени-зимы (фото Н. Урванцева) до исчезновения дома с исторического места (печально-праздничный снимок В. Баркова: Нулевой пикет, 1993 год – еловая ветвь на снегу, сугробы и пустота) и переноса в центр города.
Работе фотокорреспондентов норильских газет мы обязаны значительной долей снимков по истории Норильска. Когда-то стоявший в старом городе памятник норильчанке остался в кадре Николая Плеханова. Печальная легенда этого двухметрового сооружения, как и вся история жизни скульптора М.С. Зайцева, заключенного Норильлага.

Среди сотрудников фотолаборатории комбината (фотоинформационного бюро), создавших уникальную коллекцию негативов и фотографий, – Аркадий Сорокин, до лагеря заведовавший художественным отделом “Известий”. Ему принадлежат снимки празднования Дня физкультурника в довоенном Норильске. В любительский кадр проектировщика Георгия Старицкого попал Давид Кугультинов, норильчанин с 1945 по 1957 годы, поэт известный и любимый. Но тогда – товарищ по несчастью.

Дома Лазаря Александровича выросли на месте построек Севастопольской улицы. Старые фотографии сохранили фасады, украшенный архитектурными изысками, привнесенными в норильское градостроительство зодчими Микаэлом Мазманяном, Витольдом Непокойчицким, Геворгом Кочаром. Лишь снимки из музейной коллекции напоминают, что не так давно здесь разъезжали не “Мерседесы”, а кругленькие “Эмки”, “Победы” или – еще экзотичнее – лошадки, запряженные повозками.

Шумные демонстрации – с флагами, воздушными шарами, музыкой и песнями – где вы? Фотографии советской эпохи запечатлели майские и ноябрьские шествия, где главными были все же не плакаты с надписями “Навстречу съезду…”, а атмосфера неподдельного веселья, настоящего праздника.

Новенькие витрины только что открывшегося гастронома “Енисей” на снимке сорокалетней давности напоминают о начале расцвета Норильторга. Во времена “застоя” здесь всегда толпился народ. Нынешняя пустота вовсе не отрицает возможности обновления. Все возвращается на круги своя: забытые понятия, утраченные духовные ценности, о возрождении которых говорят фотографии новейшего времени с золотыми куполами построенной в Норильске церкви.

В. Вачаева Т. Рычкова.

002

В начале XX века единственным строением на месте будущего Норильска была изба промышленника Потанина. Известно, что это был житель Дудинки и что к приезду первых экспедиций его уже не было в живых. В 1919 году, во время первой геологической экспедиции в Норильск, Николай Урванцев сфотографировал место будущего города с полуразрушенной избушкой Потанина.

004

Нулевой пикет Н. Н. Урванцев ведет топографическую съемку. 1920 год

Заявочный знак-столб на право производства разведок каменного угля на казенно-свободных землях в Туруханском крае, поставленный А.А.Сотниковым, жителем Дудинки, студентом Томского технологического института, 19 августа 1915 года.  Фото 1920-х годов.

Заявочный знак-столб на право производства разведок каменного угля на казенно-свободных землях в Туруханском крае, поставленный А.А. Сотниковым, жителем Дудинки, студентом Томского технологического института, 19 августа 1915 года.
Фото 1920-х годов.

Первый дом Норильска. Построен на Нулевом пикете участниками геологоразведочной экспедиции Н.Н.Урванцева в 1921 году.  В 1922-м перенесен в центр города, к зданию музея.

Первый дом Норильска. Построен на Нулевом пикете участниками геологоразведочной экспедиции Н.Н. Урванцева в 1921 году. В 1922-м перенесен в центр города, к зданию музея.

005

Участники норильской экспедиции. В центре: П.С. Аллилуев, начальник. Слева от него: Е.Г. Багратуни, главный инженер, Н.Н. Урванцев, заместитель начальника. 1925

006

Сбор экспедиции перед отъездом в Дудинку. 1926

008

Прощальный ужин в Первом доме перед возвращением экспедиции на “материк”. 1926

009

Гирлянда из еловых веток, возложенная в дни празднования 100-летия Н.Н. Урванцева к месту, где стоял Первый дом.
Нулевой пикет, 1993

10

Первый дом Норильска с мемориальной доской. 1980

11 (1)

Гора Шмидта. 1937

12

Улица Заводская. 1940-е

14

Первая школа на Нулевом пикете. Построена за 20 суток в 1938 году.

13

Улица Заводская. 1940-е

17

День физкультурника в Норильске. 1940

15

В 1938 году издан приказ А.П. Завенягина об организации совхоза. На опытном земельном участке (в будущем – начало улицы Севастопольской) выращивали в парниках огурцы, лук, салат. В открытый грунт пробовали сажать картофель, капусту.

16

Первый огурец, выращенный в Норильске.

25

День физкультурника в Норильске. 1940

18

День физкультурника в Норильске. 1940

19

День физкультурника в Норильске. 1940

20

Полярная ночь. 1941

21

Дом №22 на улице Заводской. 1942

22

Поселковый магазин №2. 1948

23

Панорама поселка и исправительно-трудового лагеря. 1940-е

02

В 1943 году вступил в строй Большой металлургический завод.

26

Школа №1, 9 класс. В центре Н.И. Царева, В.А.Елисеев. 1941

28

День Победы. На трибуне начальник комбината и ИТЛ А.А. Панюков (в центре) и главный инженер В.С. Зверев (справа). 9 мая 1945

27

День Победы. 9 мая 1945

29

Улицы Горная, Заводская, Озерная, Школьная. 1950-е

postheadericon Книга “Норильск”. Н. Н. УРВАНЦЕВ. 1969 год

Время чтения статьи, примерно 11 мин.

ntb0021-miniНОРИЛЬСК. НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ УРВАНЦЕВ

Молодое, еще не окрепшее Советское государство только начинало подниматься после разрухи и интервенции. Шел девятнадцатый год.

Вниз по Енисею медленно полз небольшой пароходик. Среди пассажиров — коренных сибиряков — обращал на себя внимание высокий худощавый молодой человек в фуражке горного инженера и в очках. Он редко покидал палубу, не взирая на изменчивую погоду, и почти не расставался с биноклем.

Этот рейс был знаменательным фактом в освоении Советской Арктики — он послужил началом выявления горных богатств Норильского района.

Худощавый молодой человек, направлявшийся в 1919 г вниз по Енисею теперь широко известный геолог-полярник Николай Николаевич Урванцев, незадолго до этого окончил горное отделение омского технологического института. Н. Н. Урванцев – научный сотрудник только что организованного Сибирского отделения Геологического комитета — был направлен в низовья Енисея для изучения угленосных отложений и поисков месторождений каменного В 1918 г. было принято постановление об освоении Северного морского пути. Для решения этой проблемы нужен был каменный уголь, месторождения которого следовало искать поблизости от проектируемой трассы. В этом отношении очень благоприятны были низовья Енисея, куда могли заходить морские пароходы К тому же после весенних половодий по берегам Енисея встречались куски каменного угля, которые вряд ли могли быть принесены издалека.

Ответственное задание и радовало, и тревожило молодого геолога. Он был горд, что на него пал этот выбор, но понимал, какие большие трудности могут встретиться в таком почти неисследованном крае с суровым арктическим климатом. Кроме того, выделенные на экспедицию средства были весьма ограниченны и снаряжение мало приспособлено для работы в Арктике. Прибыв в Дудинку, — тогда небольшой поселок из десятка бревенчатых домов, — Урванцев приступил к обследованию берегов Енисея и устьевых частей впадающих в него рек: обследовал все прибрежные зоны от Дудинки до Усть-Порта, но никаких признаков каменноугольных месторождений не обнаружил.

Наступила ранняя арктическая осень, приближалась зима с долгой полярной ночью. Молодому геологу нужно было самому срочно принимать решение. Пришлось на свой риск перебазироваться в долину р. Норильской на 75 в сторону от Енисея (от с. Дудинки), где еще с давних времен были известны осыпи каменного угля.

Здесь Урванцев работал от зари до зари, и не только как геолог, но и как забойщик. От кайла и лопаты ладони покрывались мозолями, рвались одежда и обувь. Но он не забывал, что до зимы необходимо выявить и обосновать достаточно крупные запасы каменного угля, чтобы к следующему году получить ассигнования на промышленную разведку каменноугольного месторождения.

Предварительные результаты обнадеживали геолога, вдохновляли его, поддерживали энтузиазм. Уже теперь можно было с уверенностью сказать, что месторождение крупное, и его необходимо разведать.

ntb0007_88Но это не все! Поблизости от угольного месторождения Урванцев обнаружил остатки медеплавильной печи, построенной купцом Сотниковым еще в 1868 г. Оказалось, что здесь добывались глинистые сланцы, пропитанные медной зеленью. Как установил Урванцев, это скопление зелени в сланцах было небольшим медным месторождением, не заслуживающим серьезного внимания.

Однако источником меди должны быть какие-то коренные руды, залегающие глубже. Следовало тщательно изучить геологические условия, сопутствующие появлению медной зелени.

Наступившая зима прервала исследования Урванцева. Вернувшись из этой первой экспедиции, молодой геолог представил на рассмотрение Горного совета ВСНХ составленный им проект разведки Норильского каменноугольного месторождения с помощью шурфов В 1920 г. Горный совет утвердил этот проект и назначил Урванцева начальником разведочной экспедиции.

Экспедиция, состоявшая из 15 человек, прибыла в район работ в период весенней распутицы. Хотя доставка к месту разведки и проходка шурфов были очень трудными из-за большого притока воды, никто не унывал: коллектив подобрался дружный, преимущественно молодежь — студенты.

Часть выработок была заложена Урванцевым для выявления коренного источника медной зелени. Один из шурфов вскрыл темно-серую массивную горную породу (трапп-долерит) с вкрапленностью сульфидов — медного колчедана, пирротина, пентландита (минерала никеля). Это было новое, никому раньше не известное медно-никелевое месторождение.

Осенью голодные (продукты кончились), в рваной одежде и обуви, но веселые исследователи возвращались в Дудинку. Впереди шагал неутомимый Урванцев…

Летом 1921 г. он заложил в Норильске первую разведочную штольню на каменный уголь, а затем восемь человек во главе с Урванцевым остались на зимовку в бревенчатом домике, построенном экспедицией. Нужно было изучить условия разведки месторождения зимой, доказать, что и в полярную ночь можно успешно добывать уголь. Наладив проходку штольни в зимних условиях, Николай Николаевич принялся сам за топографическую съемку окрестностей

Норильска и, для ее увязки, за определение астрономических пунктов. Почти всю зиму, за исключением самого темного времени полярной ночи, Урванцев прожил в передвижном меховом чуме на нартах, которые, как и другие нарты этого небольшого отряда, перевозились оленями. Морозы доходили до 52°С, но он не сдавался, и к весне 1922 г. окрестности Норильска были нанесены на карту.

Пока производились изыскания для прокладки стокилометрового железнодорожного пути от Норильска до Дудинки, Урванцев решил выяснить, насколько судоходна р. Пясина, в которую впадает р. Норильская, чтобы использовать этот водный путь для транспортировки угля к Карскому морю.

Проплыв впятером (Урванцев с четырьмя членами экспедиции) всю Пясину на рыбацкой лодке, исследователи [приступили к изучению морского побережья между устьем Пясины и Диксоном, продвигаясь по морю все на той же лодке. И вот здесь, на берегу Карского моря, Урванцев обнаружил почту Амундсена, которую должны были доставить в Диксон члены его экспедиции — Тессем

И Кнудсен, трагически погибшие. В 2 км от Диксона был найден скелет Тессема.

Русское географическое общество присудило Н. Н. Урванцеву, как выдающемуся путешественнику, золотую медаль имени Пржевальского, а от Норвежского правительства он получил именные золотые часы в благодарность за содействие, оказанное «… в деле розысков норвежцев Кнудсена и Тессема, исчезнувших в Сибири», как значилось в приложенной грамоте.

Ко времени возвращения Урванцева из экспедиции 1922 г. были произведены полные анализы норильской руды. Кроме никеля и меди в ней было обнаружено значительное содержание платины.

Теперь требовалась детальная разведка Норильского рудного месторождения с подсчетом запасов полезных ископаемых. Проект был утвержден ВСНХ, и Николай Николаевич снова был назначен начальником разведочной экспедиции.

В 1923 г. Урванцев заложил первую штольню на открытом им медно-никелевом месторождении. Это месторождение он назвал Норильск I, а гору, где оно расположено, — горой Рудной. В этот же период в жизни Урванцева произошло большое событие — он встретил девушку, Елизавету Ивановну, которая стала его женой и верной спутницей в его самых рискованных героических походах.

Первая же доставка молодоженов к месту работ не обошлась без опасного приключения. В начале зимы на тройке отборных оленей Николай Николаевич надеялся за один день доехать с женой из Дудинки в Норильск. Поэтому ни спальных мешков, ни шкур для подстилки у них с собой не было. В дороге разразилась сильная пурга. Пришлось остановить оленей и привязать их к перевернутым нартам, для себя же — рыть яму в снежном сугробе и переждать в ней лежа — прямо на снегу…

Всю зиму 1923 — 1924 гг. велась разведка Норильского рудного месторождения с систематическим опробованием и подсчетом запасов. Урванцев мало отдыхал и в выходные дни. Он вел большую общественную работу: читал горнякам лекции по геологии, рассказывал о значении Северного морского пути и о той роли, которую предстоит сыграть Норильску в этом важном деле.

В результате некоторых неувязок планирования геологоразведочных работ к весне 1924 г. экспедиция Урванцева лишилась финансирования. Чтобы получить деньги у Геолкома, в далекий Ленинград отправилась, невзирая на весеннюю распутицу, тогда еще совсем юная Елизавета Ивановна. Она передвигалась сначала на оленях, лошадях и собаках, а затем целый месяц тянула бечевой лодку против течения, но цели достигла и отстояла необходимые средства, хотя и с большим трудом.

Осенью 1924 г. экспедиция закончила намеченную разведку.

Теперь эксперты должны были на основании результатов опробования и подсчета запасов произвести оценку месторождения, чтобы спроектировать промышленную разведку и подготовку его к эксплуатации. Но на этот раз некоторые специалисты в Геологическом комитете, очевидно проявляя излишнюю осторожность, не согласились с выводами Николая Николаевича. Свое отрицательное заключение они мотивировали предполагаемой ими нерентабельностью месторождения, так как мелковкрапленные норильские руды нуждались, по их мнению, в слишком дорогом обогащении.

Геологический комитет постановил прекратить разведку Норильского месторождения, а Урванцева перевести на исследования ленских угольных залежей. Пропадал огромный труд пионеров Норильска, возглавляемых Урванцевым. Но Николай Николаевич отказался ехать на Лену и послал Председателю Президиума ВСНХ СССР Ф. Э. Дзержинскому письмо, в котором он отстаивал продолжение работ в Норильске.

Вскоре Дзержинский вызвал Урванцева, познакомил его со своим личным секретарем. Павлом Сергеевичем Аллилуевым, которого назначил начальником предстоящей норильской экспедиции.

Н. Н. Урванцев был назначен его заместителем и научным руководителем экспедиции.

Экспедицию обеспечили всем необходимым для жизни и работы в суровых условиях Арктики. Работать в Норильске пригласили ряд крупных специалистов. Николай Николаевич, таким образом, был разгружен от значительной части хозяйственных и организационных забот и мог отдаться полностью любимым геологическим исследованиям.

Прежде всего необходимо было изучить огромное «белое пятно», окружающее Норильское месторождение. В 1926 г., произведя геологическую съемку, Урванцев открыл новое медно-никелевое месторождение в 6 км от первого и назвал его Норильск 11.

Затем Николай Николаевич приступил к обследованию р. Хантайки, которая его особенно интересовала. Она была нанесена на карте пунктиром по опросным данным. В 1928 г. на самодельных брезентовых лодочках, подобных индейским пирогам, он с двумя братьями Корешковыми, встречая неожиданные препятствия, прошел всю Хантайку, оказавшуюся почти в два с половиной раза длиннее, чем она значилась на карте!

Пока Николай Николаевич путешествовал по неведомой Хантайке, Елизавета Ивановна училась в Ленинградском медицинском институте. Попутно ей было поручено Н. Н. Урванцевым следить за изготовлением разборной лодки, выполняемой в Ленинграде по его чертежам. Лодка была готова, а Геолком не торопился с оплатой. Это могло сорвать намеченный Урванцевым маршрут по рекам Верхней и Нижней Таймыре. И вот студентка-медичка нанялась прачкой в больницу, чтобы вовремя оплатить заказ своего мужа.

В суровую зиму 1929 г., когда трещали пятидесятиградусные морозы, Урванцев с тремя сотрудниками на разборной лодке двигался на север к бассейну Верхней Таймыры. Путешественники достигли устья р. Горбиты и здесь встали на весновку.

В течение лета 1929 г. на разборной лодке с приспособленным к ней мотором Урванцев со своими спутниками спустился вниз по Верхней и Нижней Таймыре до Карского моря и затем поднялся обратно. В результате двух пересечений, в 1922 г.—по р. Пясине и в 1929 г. — по р. Н. Таймыре Н. Н. Урванцевым была составлена первая схематическая геологическая карта Таймырского полуострова, которая правильно отражала зональное строение Таймыра.

Летом 1931 г. Н. Н. Урванцев в качестве научного руководителя отправился в экспедицию на Северную Землю с начальником экспедиции Г. А. Ушаковым, радистом В. В. Ходовым и охотником С. П. Журавлевым. Экспедиции предстояло провести на Северной Земле две зимовки и произвести топографическую и геологическую съемки всего архипелага. До этого была нанесена на карту лишь часть берега Северной Земли. Ни ее размеры, ни конфигурация пока не были известны.

В 1932 г., ко времени прихода в район Северной Земли ледокольного парохода «Сибиряков», который шел по Северному морскому пути первым сквозным рейсом за одну навигацию, карта Северной Земли Урванцевым была уже составлена. Он вручил ее капитану «Сибирякова» Воронину, что помогло впервые в истории обойти Северную Землю северным вариантом.

За успешные результаты Североземельской экспедиции Николай Николаевич был награжден орденом Ленина.

В конце 1932 г. при организации Главсевморпутн Н. Н. Урванцев был назначен заместителем директора Всесоюзного Арктического института.

В 1933 г. он руководил экспедиционными работами в Лено-Таймырском и Североземельском районах и остался зимовать вместе с застрявшим во льдах около Восточного Таймыра караваном, состоящим из трех судов.

В начале зимовки на о. Самуила им была выстроена из фанеры, войлока и опилок жилая база в виде четырех помещений.

Семнадцать человек, в том числе и Елизавета Ивановна, работавшая судовым врачом, остались на зимовку.

За зиму 1934 г. впервые в истории Арктики Николай Николаевич прошел на двух полугусеничных автомашинах (вездеходах) вокруг северной оконечности Таймырского полуострова, доказав применимость механического транспорта для исследовательских работ и грузовых перевозок в полярных условиях.

В 1935 г. Высшей аттестационной комиссией Н. Н. Урванцеву были присуждены без защиты диссертации ученая степень доктора геолого-минералогических наук  члена научно-исследовательского института. Тогда же Автодор премировал его за успешный пробег по Северному Таймыру на первых советских вездеходах легковой машиной — «газиком». Для Урванцевых, страстных спортсменов, это был приятный сюрприз Н. Н. Урванцев по праву пользуется славой первооткрывателя норильских богатств и крупнейшего арктического ученого с мировым именем.

Будучи руководителем геологических работ Норильского комбината, Николай Николаевич сам лично проводил полевые исследования, иногда в районах, далеко отстоящих от Норильска: в 1943 г. по р. Дудыпте и соляному куполу сопки Чайдах, в 1944 г. в районе шхер Минина на Западном Таймыре, в 1947—1948 гг. по побережью моря Харитона Лаптева.

В дальнейшем, в течение нескольких лет Н. Н. Урванцев осуществлял большую работу по составлению и редактированию трудов по геологии и полезным ископаемым Норильского района и серии карт: геологических, тектонических, четвертичных отложений и др.

В 1956 г. Николай Николаевич вернулся в Ленинград и стал работать в Институте геологии Арктики.

В настоящее время Н. Н. Урванцев ведет в Институте геологии Арктики большую работу, нередко выезжает на междуведомственные геологические конференции в Красноярск и Норильск, а также

в поле для консультации геологов Енисейских и Таймырских экспедиций, где он передает свои знания и опыт молодым геологам.

Научные труды Урванцева весьма многосторонние и актуальны для развития горной промышленности на Крайнем Севере СССР.

Еще в 20-х годах Николай Николаевич опубликовал свыше десяти геологических работ, в которых получила отражение его научная деятельность и были намечены прогнозы по угленосности и медно-никелевому оруденению Норильского района, а также указаны пути дальнейшего изучения тогда еще труднодоступного края.

В ряде работ он осветил особенности четвертичного оледенения исследованной им области. Некоторые статьи Урванцева за этот период посвящены рационализации геофизических работ и геологической съемки в Арктике.

Особенно широко развернулась научная деятельность Н. Н. Урванцева в 30-х годах, после его экспедиции на Центральный Таймыр и Северную Землю. С 1930 по 1937 г. им опубликовано более сорока научных трудов. Наряду с проблемами медно-никелевых и железных руд, каменного угля, каменной соли и других полезных ископаемых изученных им районов, Николай Николаевич уделял в своих трудах большое внимание перспективам нефтеносности Лено-Енисейского междуречья.

Ряд работ посвящен транспорту и строительству — «Механический транспорт в Арктике», «Роль Северной Земли в проблеме Северо-Восточного прохода», «К вопросу о постройке угольного порта в устье Лены», «К вопросу о наиболее рациональном типе построек в Арктике».

В тяжелые 40-е годы и начале 50-х, когда Урванцев безвыездно находился в арктической части Красноярского края, помимо большой и сложной производственной работы в Норилкомбинате, он много энергии вложил в создание научных трудов. Николай Николаевич написал и частью опубликовал за этот период ряд работ, посвященных геологии и полезным ископаемым Норильского района, горно-промышленным перспективам всей Лено-Енисейской области, проблеме бездорожного транспорта на Севере, а также истории изучения и освоения минеральных богатств Советской Арктики.

К концу своей деятельности в Норилкомбинате Н. Н. Урванцев, как уже отмечалось, возглавил большую работу по составлению многочисленных трудов, детально освещающих геологию и минеральные богатства Норильска и его района. Николай Николаевич был не только главным редактором их, но и написал лично большую часть.

Как в период своей деятельности в Норилкомбннате, так и в последующие годы — в Институте геологии Арктики —Урванцев составил серию листов мелкомасштабной и среднемасштабной геологических карт и карт полезных ископаемых северо-западной части Сибирской платформы и написал много работ по геологическому строению, магматизму, тектонике, полезным ископаемым и проблеме их поисков в этом регионе. Общее количество научных трудов Н. Н. Урванцева превышает сто. Большая часть их опубликована. Кроме того, он является редактором многочисленных Трудов Института геологии Арктики и информационных сборников, а в настоящее время является ответственным редактором Ученых записок этого института.

За выдающиеся научные открытия Н. Н. Урванцеву Всесоюзным географическим обществом была присуждена в 1959 г. Большая Золотая медаль.

Николай Николаевич не только непрерывно ведет весьма важную научную работу, но и охотно делится своими знаниями и опытом с молодыми геологами.

Круг интересов Н. Н. Урванцева не замыкается геологией. Он в совершенстве освоил фотографию. За последние годы у него большие достижения по цветным фотоснимкам.

Николай Николаевич и Елизавета Ивановна заядлые спортсмены и охотники. Лыжи, лодки, прогулочные и спортивные автопробеги играют в их жизни и теперь немалую роль. Ведь Урванцевы заняли первое место в автомобильных соревнованиях по маршруту Ленинград — Москва, посвященных XXII съезду КПСС.

Если Вы встретите Урванцевых зимой в поезде с ружьями за плечами, направляющихся в Новгородскую область, это значит, что знакомый егерь известил их о предстоящей охоте на медведя.

Если же Вы увидите в Институте геологии Арктики пожилого высокого худощавого человека, который бежит вверх по лестнице, перемахивая через две ступеньки, то не ошибетесь, если признаете в нем Николая Николаевича Урванцева. Трудно поверить, что ему уже идет восьмой десяток.

В. А. Вакар

ВВЕДЕНИЕ

Далеко за Северным полярным кругом, к востоку от р. Енисей, почти на 70° северной широты на границе безлесной Енисейской тундры за годы Советской власти вырос крупнейший в Советском Союзе медно-никелевый гидрометаллургический комбинат и при нем г. Норильск.

Все, что здесь сделано, начиная от первоначальных геологических исследований и разведок и кончая строительством мощных заводских корпусов, рудников, шахт, многоэтажных городских зданий, возведено в советское время. Только соединенными усилиями советского народа, вооруженного современной техникой, оказалось возможным создать крупнейшее промышленное предприятие на Крайнем севере. Лишь социалистический строй позволил приступить к промышленному использованию горных богатств Заполярья.

Бездорожье, безлюдье и крайне тяжелые климатические условия ранее были почти непреодолимым препятствием для освоения полярных областей. Однако и тогда, несмотря на все трудности, предпринимались попытки освоить север Приуралья и Сибири, ибо

русская земля всегда была богата предприимчивыми людьми. Но эти попытки в условиях феодальной боярской, а затем мелкособственнической помещичье-крепостнической и капиталистической России, были обречены на неудачу. Лишь первоначальный период освоения русского севера (XVI—XVII вв.) характеризовался бурным развитием. Энергично росшее тогда Московское государство, стремясь захватить пустынную в то время Сибирь и ее северные окраины, всемерно поощряло проникновение туда вольных землепроходцев. Всюду, вплоть до побережья Студеного моря, рассылались служилые люди в поисках новых земель и для сбора государева ясака. Однако вскоре в результате изменившейся политической обстановки интересы русского государства направились на запад — к границам Польши, Ливонии и на юг — к границам Крыма.

Не получая поддержки извне, север стал быстро глохнуть, обезлюдел и вновь начал оживать и развиваться только спустя 300 лет — уже при Советской власти.

Освоение русского и, в частности, Енисейско-Ленского севера, таким образом, происходило в три этапа: 1) древнейший, охватывающий период XIII— XVIII вв.; 2) XVIII — XIX вв.; 3) XX вв., после Великой Октябрьской революции.

Эти последовательные этапы развития повторяются и в истории изучения и освоения Норильска и его района. До Великой Октябрьской революции было несколько индивидуальных попыток использования горных богатств Норильска, о которых тогда, кстати сказать, имелись лишь самые смутные представления. Но все попытки были эпизодичны и не оставили значительного следа в хозяйственной жизни края.

Скачать (PDF, 38.02MB)

postheadericon Отчет по теме № 42/50. Определение содержания различных форм никеля в рудах и продуктах обогащения и уточнение метода рационального анализа никеля. Часть 1. 1950 год, Норильск

Время чтения статьи, примерно 7 мин.

1-000midiМВД СССР. Норильский Никелевый комбинат Металлургический сектор Центральной лаборатории Исследовательский сектор

Отчет по теме № 42/50.

Определение содержания различных форм никеля в рудах и продуктах обогащения и уточнение метода рационального анализа никеля. Часть 1.  1950 год, Норильск

 

О Т Ч Е Т /часть 1/ Тема 42/50, 1950r.

Начальник центральной лаборатории /Мышалов Е.Г./

Руководитель темы /Полячкин Ю.Л./

Исполнитель темы /Павлова К.Н./

ПРОТОКОЛ № 2

технического совещания от 23 февраля 1951 года

Присутствовали: (от геологического отдела) Шешукова, Урванцев, Моор, (от проектного отдела) – Гусаковский, от БОФа и НИОЛа – Никонова, Клевцов, Силаева, Ефимова. От ОМЦ – Котов, Венер. От ЦЛК – Савичева, Граменицкий, Федорова, Бур, Толмачева, Гринев, Генабург, Лившиц, Венер.

Повестка дня: Доклад Полякина на тему: Определение сульфидных силикатных и кислородных соединений никеля в рудах и продуктах их обогащения (тезисы доклада)

Хвосты флотации медных руд содержит значительное количество никеля Из некоторых руд содержащих значительный процент никеля десятые доли не удаётся добиться извлечение никеля выше 5-10%.

Объяснить такое явление можно тремя путями:

1. Руды содержат мелкодисперсный сульфидной никель диаметром частиц 0,005 – 0,008 мм, вкрапленный в силикатную породу.
2. Сульфидные минералы окисленные с поверхности.
3. Руда содержит нефлотирующиеся силикаты никеля или другие окисленные минералы.

Собственно силикатных минералов никеля в нашем месторождение нет. Но наличие силикатной его формы следует предполагать в виде никеля изоморфно замещающего магний в оливине, серпантине и других силикатов, содержащих магний (радиус ионов магния и никеля одинаковы и равны 0, 78А). Все проделанные методы рационального анализа никеля основанные на действии селективные растворители и не дают четкого разделения в форм Ni. Нами разработаны два различных методы анализа:

1. Метод окисления-восстановления основанный на раздельном переводе различных форм никеля в активный металлический никель, легко растворяющихся в растворе иода.

2. Разделение тяжёлой жидкостью с обработкой фракций селективным растворителем. Этих два совершенно различных методы дали хорошо совпадающие результаты, вполне согласующиеся с результатами флотации. 

Оказалось, что кислородных соединений в наших рудах немного, но весьма значительная часть определяемого аналитиками в рудах никеля представляет собой его из силикатную форму. Поэтому определением общего никеля ограничиваться нельзя. Только 20-40 % никеля, содержащегося хвостах флотации, представляют собой сульфидный никель, остальная его часть – силикатная форма.

Ввиду того, что определение силикатного никеля даёт возможность точно предсказывать результаты флотации можно утверждать что окисления руд с поверхности, а также наличие мелкодисперсного сульфидного никеля нельзя считать основной причиной плохого извлечение никеля флотацией. Оба эти фактора играет второстепенную роль.

midi-protokolВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ

Клевцов – Сколько времени занимает анализ?

- Мы не ставили себе задачу дать дисперсный метод анализа. Но все формы никеля можно определить в течение одной смены  /8 часов/.

Клевцов – Каким из двух предложенных методов определения анализ можно провести быстрее?

- Более удобным и быстрым является метод окисления-восстановления. 

Клевцов – Можно ли практически на фабрике внедрить этот метод? 

- Для анализа руд и хвостов безусловно можно. 

Шешукова – Какой процент сульфидного никеля теряется при обогащении? 

- Сульфидный никель составляет 25-40 % от общего содержания никеля в хвостах. Остальное – силикатный никель. 

Шешукова – Что дает обогатителям знание содержания силикатного никеля в руде? 

Клевцов – Нам нужно знать сколько окисленного. 

Полякин – Знание содержания закиси никеля ничего не даст, так как % может быть небольшой, но флотироваться никель будет плохо потому что сульфиды  могут быть окислены с поверхности,  а при флотации важна именно поверхность. Знание силикатного и сульфидного никеля имеет большое значение. Чем больше сульфидного никеля потеряла смена, тем хуже она работала. Вести контроль флотации по «общему» никелю, как это делается теперь, нельзя, т.к. за потерю силикатного никеля обогатители отвечать не могут. 

Климова – Какова воспроизводимость результатов анализа. 

- Воспроизводимость хорошая. Допустимое расхождение не выше 15 % (одно относительных). 

Ефимова – Каким методом определялся никель весовым или фотоколориметрическим 

- Фотоколориметрическим методом. 

Урванцев – Почему Вы изготовляли синтетические силикаты никеля, а не воспользовались оливинитами, в которых никель находите в изоморфной смеси?

- Геологический отдел не смог предоставить нам моно-минеральные фракции. Мы воспользовались Уфалейским горниститом любезно предоставленным нам т. Шешуковой из коллекции горно-металлургического техникума, синтетическими силикатами, а также хвостами и местные рудами.

Урванцев – Со всяким ли магнием связан силикатный никель? Магний находится в оливине и пироксене, в последнем он не должен замещаться никелем. Ваши цифры говорят о том, что метод ненадёжен, т.к. вы находите силикатный никель там, где почти нет оливина.

- Цифры получаются разнообразные, но все же обычно силикатным никелем богаче пробы пикритового габбро-диабаза, рудного элювия и нансово (дресвя). Сульфидным никелем богаче пробы лабрадорового порфирита, такситового и контактного габбро-диабаза. Как правило, богатые пробы (0,3 %) состоят в основном из сульфидного никеля, что тогда как бедные пробы (0,2%) содержат значительный % силикатного никеля. Это еще раз подтверждает точку зрения изоморфного замещения магния никелем (много такого никеля в пробе руды быть не может).

Никонова – Сколько сульфидного и силикатного никеля в фабричных хвостах?

- В хвостах бывает от 25 до 40% сульфидного никеля, например, 0,03% сульфидного и 0,08% силикатного.

Гусаковский – Был ли у Вас контакт с НИОЛ-ом в процессе работы.

- НИОЛ (т. Дзуцев) предоставлял нам пробы руды хорошо флотирующихся, плохо флотирующихся и руд среднего качества,. Найденный нами % сульфидного никеля от общего его содержания хорошо совпадал с % извлечения никеля. Держали контакт так же с Александровичем, который утверждал, что сравнение результатов флотация с результатами анализа, по Белоглазову также подтверждают, что причины плохой флотации – наличие силикатного никеля. Однако, НИОЛ не проявил интереса и к    этой работе и получать пробы приходилось с большим трудом.

Гусаковский – Сколько проделано анализов?

- Больше сотни.

Савичева – Определение форм никеля производилось из одной навески или из нескольких?

- Из одной навески последовательно определяются кислородные, сульфидные и силикатные соединения. Из другой навески для проверки определяется «общий никель».

Гусаковский – Какие брались навески?

- Навески 0,5 гр. переводились в мерную колбу и отбирались необходимые аликвотные части.

Выступления.

Шешукова – В Геологическом управлении также  занимались вопросом селикатного никеля.  По микроскопическим данном мы искали причину потерь при флотации. Точка зрения изоморфного замещения магния никелем существует давно. Мы изучали под микроскопом такситовые, контактные и никритовые габбро-диабазы. Оказалось, что силикатного никеля, как такового, нет. Но  в оливине содержащем серпентин, содержится большое количество вкрапленного сульфидного никеля. При увеличении в 400 раз видны вкрапленные сульфиды.

Это дало нам повод полагать, что в пикритах богатых оливином потери связаны с мелкодисперсным сульфидным никелем. Проф. Белоглазов дал положительную оценку этому методу работы.

Вопрос о причине потерь при флотации очень важен. Теоретически сульфидная форма никеля извлекаема надо только меньше измельчать руду. Силикатный никель извлечь невозможно.

 Следовало бы анализировать мономинеральные фракции. Вам надо было бы анализировать серпентиновую руду, свежий оливин, чистый серпантин и пироксен.

 В контактных габбро-диабазах 34% силикатного никеля не может быть. Надо продолжить работу в этом направлении получать пробы от Геологического управления с одной стороны и от НИОЛа с другой.

Урванцев – Хочу отметить чрезвычайную важность работы. Только химическим методом мы сможем решить вопрос. Нужно отметить что мелкодисперсный сульфидный никель мы имеем не в самом оливине, а в свежезамещенном серпантине.

Работа поможет нам в дальнейшем установить характер породы. Продолжение этой работы необходимо в контакте с геологами, обогатителями. Надо окончательно установить надежность Вашего метода. Смущают некоторые цифры. Может быть силиката полностью не разрушались?

Граменицкий –  В оливинах имеется железо и никель, причём никель занимает минимальную долю. В шлифе белые капли может быть они сульфид никеля, а сульфид железа так как сульфид никеля и сульфид железа под микроскопом очень трудно отличить.

Чтобы оценивать процесс обогащения более правильно нужно научиться заранее предсказывать процесс обогащения. Не чувствуется контакта между геологами обогатителем химиками

Урванцев – Никель с железом в смеси только тогда образуется, когда происходит распад твердого раствора. Когда же мы имеем разрушения молекул, то железо выделяется в виде магнетита, а никель в виде сульфидного.

Котов – Фазовый анализ должен интересовать и металлургов. В последнее время мы теряем до 1,5 % никеля с шлаками. Если в концентрат попадает силикатный никель, то при 4,5% серы в агломерате, сера не обеспечит тех количеств цветных металлов, которые должны выпасть в штейн. Необходим контакт между геологами обогатителями, химиками и металлургами для выяснения этого важного вопроса.

Никонова –  Сомнение вызывает наличие силикатного никеля в концентрате. Из отвальных хвостов мы можем доизвлечь от 4 до 8% никеля. Мы не знаем крупность минеральных зерен в хвостах.

Если это мелкодисперсная вкрапленность, то мы не сможем доизвлечь её также как и силикатный никель. Эта сторона для нас остается неизвестной, так как петрографы не дают нам никаких количественных данных.

Знания количество силикатного никеля даст нам некоторую ясность. Мы сможем сказать какое извлечение мы сможем дать.

Но в работе нет увязки с петрографической лабораторией. Геологи пока не могут дать оценки работе и мы не можем пользоваться методом.

Гусаковский – Я не знаю в каком плане этот доклад преподносится. Окончена ли работа или это предварительное сообщение. Если доклад ставится во втором плане, то непонятен состав аудитории. Помогите нам разобраться что хорошо извлекается, что хуже и что плохо.

Этот вопрос чрезвычайно важен для комбината. Надо было обязательно наладить контакт с геологами, обогатителями, петрографами.

Очень быстро был отброшен метод Белоглазова. Возможно ваш метод быстрее, но следует провести дополнительные анализы методом Белоглазова.

Найден оригинальный метод, но нужно его продолжить и дать переварить его обогатителям, геологам, петрографам и вероятно опытно-металлургическому цеху. Работу надо подолжить потом сделать окончательные выводы.

Полякин – Метод Белоглазова нами проверялся. Дело не в том, что наш метод быстрее. Метод Белоглазова дает завышенные результаты по силикатному никелю за счёт сульфидного. Поэтому анализ концентратов этим методом вообще невозможен.

Возможно, что это относится и к нашему методу, но в значительно меньшей степени. У товарища Никоновой вызвало сомнение наличие 0,2 процентов никеля в никелевом концентрате, но это вполне возможно т.к. он содержит около 10 % магний 30 % двуокиси кремния.

По методу Белоглазова мы получили гораздо больше «силикатного никеля» /0,6%/.

Мы считаем, что мы свою работу закончили: метод разработан и для анализов руд и хвостов достаточно точен. Анализы руд дают возможность точно предсказывать результаты флотации. Теперь должны взяться за работу петроглифы и выделить мономинеральные фракции, которые нам остаётся только проанализировать. Но петрографы считают это очень сложным делом и за это не берутся.

Таким образом никакого контакта, о котором здесь все говорили не получается.

Что касается анализы концентратов то это не мешает ещё проверить.

В плане этого года у нас нет больше этой темы. В этом году мы будем заниматься фазовым анализом шлаков, что ещё значительно труднее.

Мышалов –  Организуя доклад мы считали тему законченной. Выступления показали, что имеется неувязка с геологами и петрографами и в этом смысле – работаете не закончена.

Это следует учесть в дальнейшем.

Решение технического совещания

Учитывая особую важность темы для комбината, просить научный отдел комбината созвать совещание всех заинтересованных лиц: (химиков, геологов, обогатителей, металлургов и проектантов) для увязки этой работы и продолжить эту тему для окончательного решения вопроса.

Подписи: Председатель технического совещания. Начальник Центральной лаборатории

podpisi-protokol - копия


Содержание Часть 1. Уточнение метода рационального анализа никеля

1. Состояние вопроса на 1/1-1950 г.

2. Выбор условий растворения восстановленного никеля

3. Изучение селективного восстановления.

4. Механизм окисления сульфидов никеля.

5. Выбор режима окисления сульфидов.

6. Уточнение времени вторичного обжига.

7. Уточнение необходимого количества обработок пробы.

8. Выводы.

9. Литература.

10. Методика определения различных форм никеля в рудах и продуктах обогащения.

 

Скачать (PDF, 33.61MB)

postheadericon Н. Н. Урванцев. Два года на северной земле. Книга полный текст + иллюстрации и фото

Время чтения статьи, примерно 1 мин.

История открытия и исследования Северной Земли. Организация нашей экспедиции. Состав. План работ. Снаряжение в Ленинграде. Формирование партии. Поездка в Архангельск.

Скачать (DOCX, 5.41MB)

postheadericon Книга Н. Н. Урванцева Открытие Норильска. Полный текст книги и фотографии

Время чтения статьи, примерно 191 мин.

image_thumbУДК 553.43+553.48 (571.511)

Урванцев Н. Н. Открытие Норильска. М.; Наука, 1981.

До 1917 г. Норильск представлял собой пустынное нежилое место. Лишь в советское время началось планомерное изучение и освоение Норильска; пришли первые гео­логи, инженеры-изыскатели, строители. В 1920 году ими рядом с угольным месторождением были обнаружены медно-никелевые руды, что существенно увеличивало промыш­ленную значимость Норильска. В течение первого десятиле­тия геологосъемочными и разведочными работами было ус­тановлено большое народнохозяйственное значение новой горнорудной базы на Советском Севере.

Ил. 32.

Ответственный редактор академик А. Л. ЯНШИН

© Издательство «Наука», 1981 г,

У 20804-115/054(02) – 81 Б3 – 82– 137 – 1980 1904050000

 

 

Читать далее »

При копировании материала с данного сайта присутствие ссылки обязательно!

Top.Mail.Ru